Georgian English
Перед переводом в реанимацию ребёнок повернулся ко мне и сказал: «Мама, я умираю!»
Среда, 23 Декабрь, 2015 - 13:50

Из искового заявления 30-летней Натии Лукава:

«Когда кожа на моей спине начинает пузыриться, члены моей семьи уже  знают, что оттуда должна появиться кость. Осколки  костей длиной 1-2 см я храню в отдельной пакете. А в это время моя сестра снимает на видео, как я извиваюсь от боли. Затем кожа прорезается и из раны выпячивается кость. Когда придёт конец этому аду?! На кого я стала похожа благодаря палачам в белых халатах?! Человек я или рептилия?! Я молодая девушка, которая заживо разваливается на части, а мои близкие эти части собирают в полиэтиленовый пакет».

Из дела 15-летней Саломе Липартелиани (после операции она умерла):

«9 ноября 2012 года на Зазу Азмаипарашвили была возложена уголовная ответственность по части I статьи 116 и по части I статей 24 и 362  УК Грузии, на Ираклия Вардзукашвили - по части I статьи 116. Обоим обвиняемым присудили выплату тюремного залога в размере 5000 лари».

Дело №1. История девочки из Зугдиди, которая заживо разваливается

В хронологическом порядке это дело было вторым. Однако поскольку иск Натии Лукава на днях будет внесён в суд, для читателей Mediacity мы выбрали именно такую последовательность.

Натия Лукава:

- В возрасте 15 лет  у меня выявили искривление позвоночника. Меня беспокоили лёгкие боли в спине и поэтому в 2013 году я обратилась к специалисту по позвоночнику вертебрологу Зазе Азмаипарашвили. После обследования врач  обнадёжил меня, сказав что, «операция пройдёт хорошо». Меня выписали на 8-ой день после проведения операции. По прошествии 6 месяцев рана так и не зажила, из неё сочилась жидкость. У меня были такие боли, что я даже не могла выпрямить шею. На 7-ой месяц  у меня на спине появился заметный отросток, из-за которого я не могла ни спать, ни лежать. С Зазой Азмаипарашвили у меня были систематические контакты по телефону, который меня успокаивал, говоря, что ничего страшного у меня нет. Выделения из раны стали настолько интенсивными, что повязки моей сестре приходилось менять 8 раз за ночь. На сутки мне не хватала целая пластинка болеутоляющих. Я посетила Азмаипарашвили, который в конце концов заявил, что имплант необходимо вытащить. Как он объяснил, 30 лет для такой операции возраст большой и, видимо, мой организм не перенёс имплант. То, что мой возраст большой для такой операции, можно было сказать и до её проведения. Тогда я бы сама решила, делать операцию или нет. В конце разговора Азмаипарашвили сказал лишь, что главное получить  финансирование и достать деньги, а остальное всё будет в порядке.

- Т.е. вам провели повторную операцию?

- Да. В министерство здравоохранения я повторно внесла заявление с просьбой о финансировании операции по извлечению импланта . Имплант вытащили и я 3 дня носилась по больнице. С Зазой Азмаипарашвили  у нас произошла размолвка. Он сказал мне, что не хочет выслушивать мои претензии и денег мне не вернёт, поскольку эти деньги оседают  не в его кармане. В общем, он сказал, что я могу идти подавать на него в суд. После этого он попросил Ираклия Вардзукашвили принести договор, который я подписала перед операцией. Этот довольно объёмный договор занесли мне за 15 минут до операции, когда мне было не до чтения. Договор надо предоставлять пациенту за несколько дней до операции, а не так, как они поступили в моём случае. С открытой раной я продолжила лечение на дому. Они даже ни разу не поинтересовались, жива я или нет, что со мной происходит и закрылась ли рана. А знаете почему рана не заживает? Оттуда выходят части и осколки кости. Я не знаю, что со мной происходит.

- Обращались ли вы в Министерство здравоохранения?

- Первую мою операцию государство профинансировало в размере 7350 лари, к этой сумме я добавила 3150 лари. Во время второй операции я получила 1400-ларовое финансирование, мне пришлось добавлять ещё 600, да плюс к тому ещё и лекарства на 4000 лари. Все квитанции я сохранила. Да ещё и бесчисленные расходы на всякие мелочи. На деньги я не жалуюсь, но в результате операции я я стала в буквальном смысле разваливаться на части. В министерство здравоохранения я внесла жалобу на Зазу Азмаипарашвили. Быть может хоть министерство поможет разобраться, почему слетел имплант. Почему я должна была получить хороший результат, но не получила его?!  Я безрезультатно потратила такую сумму денег. Ради этого результата я промучилась столько месяцев. Врачи уверяли, что после операции не останется даже шрама, а в итоге я осталась обезображена. На сегодняшний день моё положение катастрофическое. От боли я не могу даже передвигаться. Денег на лекарства и на обследования у меня нет. Я хочу знать, должен ли закон защищать людей в моём положении. После операции прошёл год. Мне ведь нужно как-то начать работать?! Как иначе содержать себя?!

Натия Лукава передала Mediacity фотоматериалы, на которых зафиксирован процесс выступления осколков кости на поверхность кожи. Наряду с заявлением в министерство потерпевшая Натия Лукава обратилась и в «Ассоциацию защиты прав пациентов и потребителей». Весь фото- и видеоматериал организация отправила в Стамбул к экспертам международного уровня

Нана Санаия, председатель «Ассоциации защиты прав пациентов и потребителей»:

- В ассоциацию обратилась пациентка Натия Лукава, которая в январе 2015 года  внесла в министерство здравоохранения заявление на имя министра и которая в течение 6 месяцев никакого ответа от ведомства так и не получила. Натия живёт в Зугдиди, она сирота, в 15-летнем возрасте у неё выявили искривление позвоночника. После этого её положение осложнилось и позвоночник начал деформироваться. В виду отсутствия денежных средств долгое время лечение было ей недоступно. В возрасте 29 лет, с трудом накопив денег (работая продавцом в магазине игрушек), она обратилась в медицинский центр «Юнону» к вертебрологу Зазе Азмаипарашвили. После операции положение пациентки стало невыносимым. Она не могла ни сесть, ни встать, ни двигаться, из-за чего имплант пришлось извлечь. Проводил операцию врач Заза Азмаипарашвили, который ранее проходил по другому уголовному делу. 9 ноября 2012 года он сделал практически аналогичную операцию 15-летней Саломе Липартелиани. Саломе была лицом с ограниченными физическими возможностями, а после операции она умерла. Мама девочки подала жалобу в министерство здравоохранения. Было проведено дознание и прокуратура возбудила уголовное дело. Вика Медведева (мать умершей Саломе) требовала приостановить лицензию Зазы Азмаипарашвили и лишить его права на работу до окончания судебного процесса. Однако лицензию ему восстановили через несколько месяцев. И тогда дело изучала наша ассоциация, и сейчас. Опять всплыла фамилия этого врача. К счастью, смертельный исход не повторился, но положение Натии Лукава крайне тяжёлое: из раны  периодически выступают осколки костей.

- Как нам стало известно, ассоциация подключила к этому делу и зарубежных экспертов.

- На данном этапе Натия безработная, поскольку по состоянию здоровья ей воспрещены физические нагрузки (к примеру, долго стоять на ногах). Она живёт на съёмной  квартире площадью 5 кв.м. Этот факт тронул нас до глубины души  и мы постарались ей помочь. Мы не только отправили материалы в одну из ведущих клиник Стамбула, но и отвели девушку на обследование  к приехавшим сюда турецким профессорам. С их помощью взятые анализы были отправлены в Стамбул. Тамошние травматологи положат официальное заключение только после того, как осмотрят девушку на месте. Эту поездку мы планируем провести совместно с зарубежными медиками.

После 6-месячного ожидания Министерство здравоохранения наконец-то  вынесло  заключение по обращению  Натии Лукава. Mediacity.ge официально запросило документ, выдержку из которого предлагаем без изменений:

«Диагноз (идиопатический сколиоз позвоночника, рёберный горб большого размера) гр-ке Н.Лукава поставили правильно. Вид оперативного вмешательства выбран правильно. Операция проведена безукоризненно. Отрицательный исход операции (что, следуя статистике, до 4-13%) обусловили инфекция, купирование которой стало возможным через 7 месяцев после операции, и выпадение дистальных крючков фиксатора. Учитывая этот факт, можно предположить, что выпадение крючков фиксатора произошло на фоне инфекции. После демонтажа фиксатора были сняты 2 рентгенограммы и несколько фотоснимков, по которым вынести точное заключение не представляется возможным».

Таково заключение Агентства регулирования медицинской деятельности Министерства здравоохранения за подписью эксперта по вопросам ортопедии-травматологии Малхаза Пирпилашвили. Согласно этому документу, операция была проведена безупречно, а причиной выхода осколков костей на поверхность является инфекция. Однако о фактах, подтверждающих эту инфекцию, точное заключение агентство вынести затрудняется.

Именно это заключение и собирается оспорить «Ассоциация защиты прав пациентов и потребителей»  и включить в этот процесс зарубежных экспертов.

Mediacity.ge обратилось и ко второму главному персонажу этой истории Зазе Азмаипарашвили, от которого были получены краткие и лаконичные ответы:

- Г-н Азмаипарашвили, вероятно к делу Натии Лукава подключат зарубежных экспертов. Вам известно об этом?

- Натия Лукава?.. Такой не припоминаю.

- Дело расследовала комиссия по регулированию Министерства здравоохранения. Вы и ваши врачи были не единожды допрошены. Была изъята документация?

- Не знаю. Что вас интересует?

- После извлечение импланта на теле Натии Лукава выступают части костей. Что является причиной этого?

- Всего доброго!

 

Мы не успели спросить Зазу Азмаипарашвили, помнит ли он дело Саломе Липартелиани.

Дело №2. История смерти 15-летней Саломе Липартелиани

Это одно из самых тяжёлых и громких дел в сфере здравоохранения за 2012 год. 15-летний подросток с ограниченными физическими возможностями умер после операции, проведённой  Зазой Азмаипарашвили. Уголовное дело было возбуждено против трёх известных хирургов: Зазы Азмаипарашвили, Ираклия Вардзукашвили и Кахи Берианидзе. После 24-часового пребывания в изоляторе временного содержания всех троих отпустили под залог. Дело расследовала прокуратура. Судебные процессы ведутся по сей день, в них задействовано 26 экспертов. Заключение Бюро экспертизы им. Самхараули и отчёт Агентства медицинского регулирования Министерства здравоохранения указывают на ошибки при диагностировании и лечении.

В документе за подписью прокурора Иосифа Алавидзе (дело №13/04-54328 07) читаем:

«9 ноября 2012 года на Зазу Азмаипарашвили была возложена уголовная ответственность по части I статьи 116 и по части I статей 24 и 362  УК Грузии, на Ираклия Вардзукашвили - по части I статьи 116. Обоим обвиняемым присудили выплату тюремного  залога в размере 5000 лари. На Каху Берианидзе 16 ноября 2012 года была возложена уголовная ответственность по части I статьи 362  УК Грузии и в качестве меры пресечения ему присудили выплату залога в размере 2000 лари».

С Mediacity беседует мать погибшей Саломе Липартелиани, Вика Медведева:

- У Саломе с рождения были ограниченны физические возможности. В 2009 году у неё зафиксировали искривление позвоночника на 15 градусов. Мне посоветовали отвести ребёнка на обследование к Зазе Азмаипарашвили. Саму Саломе он не осматривал, лишь взглянул на снимок и сказал, что незамедлительно требуется круглосуточный корсет и больше ничего. Сказал,  приходить через 6 месяцев. Вследствие ношения рекомендованного им корсета позвоночник Саломе катастрофически изогнулся и через несколько месяцев мне вновь пришлось обратится к Зазе Азмаипарашвили, но он категорически запретил снимать корсет. После этого  к нему мы приходили ещё раза три. Через погода мы вновь посетили больницу им. Гудушаури и моему супругу пришлось, что называется, поднять на Азмаипарашвили руку, поскольку повторный рентгеновский снимок показал, что в результате использования корсета первоначальное искривление в 15 градусов дошло до 80 градусов. На это Азмаипарашвили дал такой ответ: «Если бы корсет помогал, операций не существовало бы». Он сказал, что наш ребёнок нуждается в операции, на которую потребуется 10 тысяч лари. Между тем Азмаипарашвили перешёл из Гудушаури в клинику Татишвили «Юнону». Перед хирургическим вмешательством  я попросила Азмаипарашвили  не проводить операцию, в случае если она опасна для жизни. Он ответил, что проделал уже 500 таких операций и с чего это именно для моего ребёнка она могла оказаться роковой. Он попросил меня не переживать, сказав при этом, что через 5 дней мою дочь выпишут и она вприпрыжку побежит в школу с рюкзаком через плечо. Операция завершилась через 3 с половиной часа. Заза Азмаипарашвили вызвал нас к себе и сообщил: «Такого результата я не ожидал. Операция прошла успешно и ребёнка уже перевели в интенсивную терапию». Ночью у ребёнка начались боли. Без болеутоляющих она заснуть не могла. Утром к этому добавились чувство нехватки воздуха и потливость. Начиная с этого момента,  день ото дня положение Саломе только ухудшалось. В день выписки у ребёнка была температура 37. Вот так, без всякого послеоперационного обследования нас «выкинули» из больницы. К шести вечера у ребёнка начались страшные боли. Мы вызвали скорую. Врач неотложки сказал, что ребёнок нуждается в безотлагательной  реанимации. Я стала звонить Кахе Берианидзе, который отключил мне телефон. Я набрала Зазу Азмаипарашвили и он попросил  передать трубку врачу скорой. Я передала и слышу, как Азмаипарашвили говорит врачу ввести в вену диазепам.  Врач неотложки на это ответил: «Вы знаете, что введение диазепама в вену убьёт ребёнка на месте?!» Врач со словами «избавьте меня от этого телефона» бросил трубку. На машине скорой помощи мы перевезли Саломе в Гудушаури. Там сделали компьютерную томограмму. Снимки показали, что в обоих лёгких у Саломе собиралась жидкость. Перед  переводом в реанимацию ребёнок повернулся ко мне и сказал: «Мама, я умираю!» Полвторого ночи моей девочки не стало.

- Что произошло на самом деле? Что стало причиной смерти вашего ребёнка?

- Дело возбудили в полицейском участке Дидубе-Чугурети. Когда следствие стало затягиваться, я узнала, что заместитель Вано Мерабишвили Амиран Месхели был близким знакомым Зазы Азмаипарашвили. Фамилии он не называл, но при личном разговоре не раз упоминал, что этот человек вырос в их семье. В конце концов Центр экспертизы им. Самхараули выдал заключение о том, что за 24 часа после завершения операции у ребёнка развилось воспаление лёгких, правильного диагноза поставлено не было и лечение не назначалось, в результате чего развился пиелонефрит, разрушилась печень, лёгкие, начался отёк мозга. Саломе выписали в 3 часа пополудни, а ночью второго дня она умерла. Экспертиза Самхараули утверждает, что в случае нахождения ребёнка в клинике шанс на её спасение заметно возрос  бы. Между прочим, в самой структуре Тваладзе поговаривали, что таких конкретных заключений и ответов в бюро ещё не выдавалось. И отчёт министерства здравоохранения, и заключение бюро Самхараули напрямую обвиняют и возлагают ответственность на Зазу Азмаипарашвили. Я требую, чтобы его навсегда лишили лицензии и чтобы ему запретили вести врачебную деятельность.

Mediacity.ge  предлагает выдержку из документа за подписью прокурора Иосифа Алавидзе (дело №13/04-54328 07):

«Ответственные за лечение пациента и его выписку из больницы врачи Заза Азмаипарашвили и Ираклий Вардзукашвили, проявив преступную халатность, не провели должного обследования пациента, из-за чего не был поставлен правильный диагноз и не было начато соответствующее лечение. Они не учли того обстоятельства, что пациентка Саломе Липартелиани была лицом с ограниченными возможностями и в день операции у неё наблюдался менструальный цикл, что всегда утяжеляет послеоперационный период. Это вызвало причинение смерти по неосторожности пациентке Саломе Липартелиани. Шанс на выживание Саломе Липартелиани возрос бы  в случае её нахождения в клинике, в случае надлежащих исследований, в случае правильно поставленного диагноза и правильно проведённого лечения».

Комментарии


© 2015, MediaCity. All Rights Reserved.